Генезис общественно-политической концепции Н.Я. Данилевского

ХХХ].

Не менее страстный противник Н.Я. Данилевского В.С. Соловьев развил и по-своему интерпретировал этот тезис, заявив, что «Россия и Европа» является не более, чем «русским списком с немецкого оригинала». Вообще этот мыслитель в своей критике идей панславизма подвергал Н.Я. Данилевского ожесточенным нападкам, заявляя, например, что «эта книга, в сущности, могла представлять собою лишь литературный курьез, за который она и была принята при своем появлении всеми компетентными людьми» [10, 534]. Но, несмотря на всю критику, даже В.С. Соловьев вынужден был признать, что «независимо от оценки его историко-публицистического труда должно признать в Н.Я. Данилевском человека самостоятельно мыслящего, сильно убежденного, прямодушного в выражении своих мыслей» [10, 414].

Однако посмотрим в корень этой проблемы. В.С. Соловьев буквально обвинил Н.Я. Данилевского в плагиате, в том, что он якобы полностью позаимствовал свою теорию культурно-исторических типов у немецкого ученого Г. Рюккерта. Так ли это? Многочисленные исследования отечественных и зарубежных ученых говорят нам о том, что это совсем не так. Так, крупный американский исследователь панславизма Роберт Мак Мастер, проведя сравнительный анализ текста книги Рюккерта и перевода отрывка из этой книги, выполненного В.С. Соловьевым, пришел к выводу, что В.С. Соловьев исказил перевод, подстроив его таким образом, чтобы сходство мыслей Н.Я. Данилевского и Рюккерта было как можно более выпуклым [15, 240]. Эти доказательства сходства В.С. Соловьев считал «несомненными», говоря в своей статье «Немецкий подлинник и русский список»: «Приводим почти дословно главные рассуждения Рюккерта, в которых читатели книги «Россия и Европа» могут узнать знакомую теорию – только в приличной европейской одежде вместо дырявого татарского халата» [10, 568]. Слова «почти дословно» сразу наводят на мысли об искажении, поскольку грамотный перевод «почти дословным» быть не может. В одной из своих книг А.В. Белов приводит два перевода одного отрывка из книги Рюккерта, выполненный Н.Н. Страховым и В.С. Соловьевым. Они показывают то, что фактически В.С. Соловьев пошел на подлог, специально изменив перевод Рюккерта [2, 68 – 69].

Для окончательного установления истины обратимся к книге Генриха Рюккерта, необычайно редкой сегодня в России. Нами не было установлено ни одного случая употребления автором «культурно-исторический тип», «культурный ряд». Г. Рюккерт употребляет термин «культурная история» (Kulturgeschichte), «культурно-исторический» (kulturgeschichtlich) в следующем аспекте. Это – «совокупность явлений, в которой проявляется самостоятельность и самобытность высшего предназначения человечества» [14, III]. Человечество для Г. Рюккерта – органическое единство [14, III]. Мировая история для Г. Рюккерта – это ряд культурных рядов, которые, развиваясь параллельно друг другу, ведут человечество к единой цели. Цели мировой истории у Г. Рюккерта посвящена целая глава в первом томе его книги [14, 49]. Помимо этого Г. Рюккерт признает факт начала истории для всего человечества. Это наглядный признак линейности развития человечества. В сущности можно назвать Г. Рюккерта младогегельянцем, поскольку он аналогично Гегелю считал западноевропейскую цивилизацию вершиной развития человечества. При этом история у Г. Рюккерта – некая метафизическая реальность, где человек «входит в историю» [14, 3]. Само человечество рассматривается Г. Рюккертом как индивид. Г. Рюккерт аналогично Гегелю разделяет народы на исторические и неисторические, причем он утверждает, что «неисторический индивидуум является в некотором смысле преградой на пути исторического развития» [14, 43].

Таким образом мы видим, что на самом деле сходств между концепцией Г. Рюккерта и Н.Я. Данилевского в сущности очень мало. Б.П. Балуев даже утверждает: «Страхов приходит к твердому выводу: «По моему убеждению, Данилевский даже вовсе не читал и не знал книги Рюккерта»… Ни в терминологии, ни в формулировках своих положений или делаемых самому себе возражений, нигде не видно, чтобы писавшему Россию и Европу» были знакомы мнения Рюккерта» [1, 158 - 159]. Как справедливо заметил А.В. Белов, «Соловьеву…сильно хотелось найти у Рюккерта теорию Данилевского, но ему мешал немецкий подлинник, в который он посчитал возможным для пояснения тяжело написанного текста вставить несколько добавочных слов, и он вместе с термином Рюккерта поставил и термин Данилевского» [2, 70].

Какова была причина этого? Дело в том, что национально окрашенная теория Н.Я. Данилевского никак не вязалась с теократической идеей В.С. Соловьева. И поэтому В.С. Соловьев старался всеми силами опровергнуть теорию культурно-исторических типов Н.Я. Данилевского. Свою теорию В.С. Соловьев провозгласил «крылатой», а теорию Н.Я. Данилевского «ползучей». По мнению, В.С. Соловьева, «ползучие» теории держатся за традиции общества, за его изначальные устои и якобы никогда не поднимаются над обыденной жизнью. Очевидно, «ползучесть» теории культурно-исторических типов В.С. Соловьев видел в бережном отношении Н.Я. Данилевского к православию, к крестьянской общине, к самоотверженной защите интересов России. Как писал К.Н. Леонтьев о полемике Н.Я. Данилевского с В.С. Соловьевым, «крылатая» теория потому та, которая наименее связана с прошедшим, с историей, с бывшим и существующим; «ползучая» – связана теснее мыслями своими с этим существующим и прошедшим, с этим уже бывшим в истории или пребывающим в ней» [6, 300]. Как заметил Б.П. Балуев, «теорию Данилевского Соловьев обозвал «ползучей» только потому, что она мешает его «крылатой» мысли о теократии» [1, 165].

Приведем весьма интересное мнение продолжателя дела Н.Я. Данилевского К.Н. Леонтьева о полемике В.С. Соловьева с Н.Я. Данилевским: «Надо прежде всего поколебать основы того учения, которое зовется «славянофильством», и поразить именно тех из его представителей, у которых эти основы выражены яснее, точнее, научнее, чем у других…пошатнуть более доступные опоры; потрясти основание собственно культурных надежд; надо развенчать Данилевского и обезнадежить раз навсегда его учеников и поклонников» [6, 292 – 294].

Следует заметить, что спор Н.Я. Данилевского и В.С. Соловьева выходил далеко за рамки диспута о влиянии книги Г. Рюккерта на возникновение концепции культурно-исторических типов. Это был спор о судьбах России, о судьбах всего человечества. И концепция Н.Я. Данилевского, и концепция В.С. Соловьева отличались ярко выраженным мессианизмом. Вот как обозначал суть их полемики К.Н. Леонтьев: «Нужен новый культурный тип; но славяне ли разовьют его, как надеется Данилевский? Можно ожидать обновления теократического начала, но будет ли эта теократия непременно римско-католическая, как верит Влад. Соловьев? Вот два вопроса! Что славяне, с Россией во главе, произведут на время некоторое уклонение в русле всемирной, уже истощающей свои силы, уже стареющей истории, это довольно правдоподобно…» [6, 315 – 319].

Действительно, оба автора были убеждены в том, что у России особое призвание мирового масштаба. Однако слабым местом, при всей своей поддержке самой идеи Н.Я. Данилевского, К.Н. Леонтьев считал необоснованную веру панславистов в политическую зрелость западных и южных славян и связанное с этим стремление как можно быстрее окончательно решить Восточный вопрос путем исключительно национальной политики. Он писал: «Политика племенная, обыкновенно называемая национальной, есть не что иное, как слепое орудие все той же всесветной революции… В частности потому и для нас политика чисто-славянская есть политика революционная, космополитическая,.. мы впредь должны смотреть на панславизм как на дело весьма опасное, если не совсем губительное!.. Если славянофилы не желают повторять одни только ошибки Хомякова и Данилевского,.. а намерены служить их главному, высшему идеалу, то есть национализму настоящему, оригинальному, обособляющему и утверждающему наш дух и бытовые формы наши, то они должны впредь остерегаться слишком быстрого разрешения всеславянского вопроса» [7, 188 – 189].

Таким образом, К.Н. Леонтьев, считал политическое объединение южных и западных славян с Россией если не вредным, то преждевременным, делая упор на укрепление в первую очередь духовного и культурного единства славянских народов. Но независимо от этой «ложки дегтя», подложенной К.Н. Леонтьевым в бочку славянофильского меда, следует признать что концепция духовного единства славянства, выведенная Н.Я. Данилевским с научной методологической основой, имеет большое значение именно в наше время, когда враги славянства пытаются в очередной раз разделить братские славянские народы.

Список литературы

1. Балуев Б.П. Споры о судьбах России: Н.Я. Данилевский и его книга «Россия и Европа». - Тверь: Булат, 2001. – 416 с.

2. Белов А.В. Теория культурно-исторических типов: pro et contra. – Ростов-на-Дону: Изд-во Рост. Пед. Ун-та, 2002 – 104 с.

3. Галактионов А. Органическая теория как методология социологической концепции Н.Я. Данилевского в книге «Россия и Европа»// Данилевский Н.Я. Россия и Европа: Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому. 6-е изд./ Предисловие Н.Н. Страхова; статья К.Н. Бестужева-Рюмина; составление, вступительная статья и комментарии А.А. Галактионова. - СПб. Издательство С.-Петербургского университета, Глаголъ, 1995. – с.V – XX.

4. Данилевский Н.Я. Горе победителям! М.: АЛИР, ГУП Облиздат, 1998. – 416 с.

5. Леонтьев К.Н. Византизм и славянство// Россия, Восток и Славянство. – в 9 т.т. – М.: Типография В.М. Саблина, 1912. – т. 1: с. 110 – 264.

6. Леонтьев К.Н. Записки отшельника: Владимир Соловьев против Данилевского// Россия, Восток и Славянство. – в 9 т.т. – М.: Типография В.М. Саблина, 1912. – т. 3: с. 285 - 380 .

7. Леонтьев К.Н. Племенная политика как орудие всемирной революции// Леонтьев К. Россия, Восток и Славянство. – в 9 т.т. – М.: Типография В.М. Саблина, 1912. – т. 2: с. 145 – 195.

8. Розанов В.В. Литературные изгнанники. Т.1. С.Пб, 1913. - 347 с.

9. Самарин Ю.Ф. Избранные произведения. - М.: Российская политическая энциклопедия, 1996. – 608 с.

10. Соловьев В.С. Сочинения в 2 томах. - Т.1. М.: Мысль,1989. – 547 с.

11. Страхов Н.Н. Жизнь и труды Н.Я. Данилевского// Данилевский Н.Я. Россия и Европа: Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому. 6-е изд./ Предисловие Н.Н. Страхова; статья К.Н. Бестужева-Рюмина; составление, вступительная статья и комментарии А.А. Галактионова. - СПб. Издательство С.-Петербургского университета, Глаголъ, 1995. – с. XXI – XXXIV.

12. Хомяков А.С. Сочинения в 2 томах. – Т.1: Работы по историософии. - М.: Московский философский фонд, Медиум, 1994. – 593 с.

13. Шварц М. Шпенглер и Данилевский. Два типа культурной морфологии. // Современные записки. Париж. 1926. С. 437 – 457.

14. Rückert H. Lehrbuch der Weltgeschichte in organischer Darstellung. Band 1. – Leipzig, 1857. – 813 S.

15. MacMaster. Danilevsky and Spengler. A new interpretation// Journal of Historical Review. 1954, pp. 236 – 257.




11-09-2015, 00:28

Страницы: 1 2
Разделы сайта