Научное мышление и психологические установки

Хоменков А. С.

С чем связано широкое распространение в современном мире эволюционного мировоззрения? Многие скажут – "с тем, что это мировоззрение научно".

Однако непредвзятое расследование показывает, что чем более развивается научный метод, тем больше ученых заявляют, что эволюционизм – это нечто весьма далекое от науки. Приведем лишь некоторые из этих высказываний.

— "Эволюционизм – сказка для взрослых. Эта теория ничем не помогла в прогрессе науки. Она бесполезна", — пишет доктор Луи Бонуар, директор по научной работе во французском Национальном центре научных исследований, директор Зоологического музея и бывший президент Биологического общества в Страсбурге.

— "Эволюция стала в определенном смысле научной религией, почти все ученые приняли ее, и многие готовы "согнуть" свои наблюдения, чтобы они соответствовали этой теории", — подтверждает эту точку зрения профессор физики из Манчестерского университета Г.С. Липсон.(цит-ты. по: Тейлор).

— "Лично я убежден, что теория эволюции, и особенно тот факт, что ее применяли так широко, будет одной из величайших шуток в исторических книгах будущего. Потомки будут изумляться тому, что такая непрочная и сомнительная гипотеза могла быть принята с таким невероятным доверием", — как бы подводит итог всему вышесказанному Малкольм Маггеридж, философ и журналист. (цит. по: Стотт).

Но как подобные "шуточки" могли столь широко распространиться в научном сообществе и во всем "просвещенном" мире? Наверняка должен существовать некий психологический механизм, толкающий человека к принятию именно материалистических представлений и отвращающий его от признания Творца мира. Обратимся к результатам исследований известного грузинского психолога Дмитрия Николаевича Узнадзе и его школы.

Феномен психологической установки

Эта научная школа провела исследования феномена психологической установки. Дмитрий Николаевич и его последователи пришли к выводу, что от содержания установки человека зависит не только характер его мышления, но и восприятие им объектов нашего мира.

Результаты большой экспериментальной работы показали, что восприятие реальности человеком зависит от его прошлого опыта. Если, к примеру, испытуемому несколько раз давали в руки два шара разного объема, то после нескольких опытов у него возникала соответствующая психологическая настроенность, определяющая его реакцию на размер шаров в его руках. Если после этих установочных опытов ему давали два шара одинакового объема, то на фоне выработанной ранее установки шары казались ему разными по объему. При этом меньшим казался шар в той руке, в которой в предварительных опытах находился шар большего объема (Узнадзе). Аналогичные опыты проводились и с другими раздражителями – силой давления, звуковыми сигналами, освещенностью, количеством объектов, весом предметов. И всегда наблюдался один и тот же результат: воспринимаемая человеком реальность зависела от предварительной "настройки" испытуемых.

Д. Н. Узнадзе назвал содержание этой "настройки" психологической установкой человека, которая "не относится к обычным категориям явлений душевной жизни, – к категориям познания, чувства и воли… Не имея частного или локального характера, она должна быть трактуема как категория целостно-личностного порядка", как "модус его состояния как целого" (Узнадзе). Таким образом, Узнадзе "рассматривал установку не как одно из психических образований, позволяющее прояснить некоторые психические явления, а как основу психической активности человека". (Надирашвили) При этом Узнадзе и его коллеги пришли к выводу, что факту любой активности личности "непосредственно предшествует установка действующей личности, … и вся деятельность ее в дальнейшем протекает под знаком направляющего влияния этой установки", так что активность личности есть по сути "реализация ее установки" (Узнадзе). Важно отметить, что согласно представлениям Узнадзе, установка человека "предшествует сознательным психическим процессам", она "представляет собой факт из области той сферы человеческой активности, которую до настоящего времени называют сферой бессознательной психики". Таким образом "без участия установки вообще никаких психических процессов как сознательных явлений не существует… Для того чтобы сознание начало работать в каком-нибудь определенном направлении, предварительно необходимо, чтобы была налицо активность установки, которая, собственно, в каждом отдельном случае и определяет это направление".(Узнадзе)

Раскрывая учение Д.Н. Узнадзе об установке, его последователи писали, что "установка — это нечто подобное "внутреннему двигателю" человеческой психики, черпающему свой основной запас энергии из внешнего мира" (Шерозия). Последнее связано с тем, что именно окружающий человека мир оказывает свое влияние на формирование его установки. Этот "внутренний двигатель" человека, как утверждают психологи, "направляет человеческое поведение" а также "влияет на восприятие индивидуума" (Натадзе). На основании установки "осуществляется как адекватное, так и иллюзорное отражение реальных явлений", поскольку "содержание сознания не имеет независимого от установки существования". (Баиндурашвили). В психологических экспериментах, проведенных Шарпантье, "было установлено, что у человека можно создать установки, под влиянием которых он будет иллюзорно воспринимать свет, температуру, объем и другие предметные свойства" (Надирашвили). Насколько существенно может быть подобное иллюзорное восприятие реальности, свидетельствует следующий случай, обсуждавшийся в научной литературе. Охотник в сумерках караулил на опушке леса кабана. И его напряженное ожидание, его психическая установка, привела к тому, что когда из леса вышла маленькая девочка, он "увидел" не ее, а кабана, что привело к трагическим последствиям (Натадзе). "Увиденный" охотником кабан явился продуктом его психологической установки, созданной в данном случае не серией предварительных установочных опытов, но специфической работой сознания охотника.

Аналогичным продуктом грубого искажения реальности установкой, вызванной специфической работой сознания являются и самые разнообразные околонаучные мифы.

Когда психологическая установка помогает, а когда мешает?

Исследователи утверждают, что определяющим в формировании установки человека является весь его предыдущий жизненный опыт (Натадзе). Во многих случаях установка помогает решать проблемы, сходные с теми, на основании которых она сама была выработана — здесь ее польза неоспорима. Исследователи пишут, что "благодаря предварительной психической подготовке, у человека может выработаться установка, позволяющая ему быстро и хорошо осуществить соответствующие реакции". В этом случае "психическая установка определяет интеллектуальную активность человека и позволяет ему постичь и защитить истину" (Надирашвили).

Но все в нашем мире имеет свою оборотную сторону: когда перед человеком встают задачи принципиально иного плана, выработанные в прошлом стереотипы могут являться лишь помехой для ориентации человека в этих новых ситуациях. Являясь результатом всего предыдущего жизненного опыта человека, установка обуславливает существенную "стереотипность поведения человека, его неизменность, неприспособленность к новым условиям, непереключаемость поведения на новое направление, что, разумеется, как правило, является помехой для адекватного поведения в новой ситуации" (Натадзе).

Эти важнейшие положения психической жизни человека практически значимы и учитываются в самых разных сферах человеческой деятельности. Когда, к примеру, военные летчики, пролетавшие всю жизнь на самолете-истребителе, уходят на пенсию, они, как правило, еще полны сил и здоровья, и вполне могли бы работать в гражданской авиации, где не требуется переносить значительных перегрузок. Но их туда не берут. Существует опасение, что выработанные годами их профессиональной деятельности привычки будут периодически толкать их выделывать такие воздушные пируэты, которые для самолетов гражданской авиации вовсе не уместны.

Аналогичным образом обстоит дело в сфере реставрации икон. Программа учебных заведений, готовящих специалистов этого профиля, построена таким образом, что им стараются не давать навыков иконописи. В противном случае эти навыки будут неизбежно проявляться там, где могут только навредить. Вместо восстановления древних форм и красок, на реставрируемой иконе будут появляться следствия иконописного уменья самого реставратора.

В обоих случаях мы сталкиваемся с одной и той же психологической закономерностью: навыки, приобретенные в какой-то определенной деятельности, становятся помехой, когда человек переключается на деятельность иного рода. Выработанная предшествующей деятельностью установка здесь может только навредить.

Психологическая установка и принцип униформизма в геологии и биологии

Отрицательная роль выработанной "психологической установки" проявилась в стратиграфии при воцарении здесь принципа униформизма. Этот принцип можно считать классическим случаем проявления психологической установки, выработанной в течение всей научной деятельности исследователя. В самом деле, в процессе наблюдения за различными геологическими процессами, идущими в настоящее время с небольшой скоростью, у ученого вырабатывается соответствующая установка считать такой ход геологических событий основополагающим геологическим явлением. Выработанная установка подталкивает его к решению вопроса об их образовании в далеком прошлом по аналогии с тем, что он наблюдал в течение всей своей научной практики. Установка становится стимулом для распространения униформизма: "настоящее есть ключ к прошлому".

Похоже, что психологические предпосылки, связанные с проблемой установки, явились определяющими в вытеснении катастрофизма униформизмом Чарлза Лайеля. Примечательно то, что в биографии мы находим некоторые свидетельства того, что у него еще в раннем детстве могли появиться дополнительные психологические стимулы отрицательного отношения ко всякого рода катастрофическим событиям. Речь идет о небольшой аварии, участником которой суждено было стать маленькому Лайелю. Его семья тогда переезжала на новое место жительства из Шотландии в Англию. "Недалеко от Эдинбурга на узкой дороге, по одну сторону которой высился крутой холм, а по другую, зиял обрыв, испугавшиеся лошади понесли. Экипаж перевернулся, разбилось окно, ничего более серьезного не случилось, и путешествие продолжилось. Это событие надолго запомнилось Лайелю". Возможно, оно явилось дополнительным стимулом появления у него отвращения ко всякого рода катастрофам, в том числе – к катастрофическим событиям в геологии. (Тейлор)

Аналогичным образом с проблемой психологической установки связаны и представления о происхождении естественным путем биологических видов. Речь идет о знаменитой гипотезе Чарлза Дарвина.

Дарвин, как известно, много времени уделял наблюдениям за селекцией домашних животных и сам экспериментировал с породами голубей. Во всех подобных опытах мы имеем дело с некоторой изменчивостью видов, приводящей к образованию новых пород. Будучи внимательным наблюдателем, Дарвин подметил аналогичную закономерность и в живой природе. Виды животных и растений не есть нечто абсолютно статичное: этот вывод Дарвина можно назвать его мировоззренческой установкой, сформированной у этого натуралиста на основании его наблюдений за окружающей средой. Далее могло произойти то же самое, что имело место в стратиграфических изысканиях Чарлза Лайеля. Возможно, выработанная в ходе естественных наблюдений установка заставила Дарвина решать эту проблему однозначным образом: виды превращались один в другой в течение длительного эволюционного прошлого земной истории на основании тех медленных изменений, с которыми мы сталкиваемся в настоящее время. Последователи Дарвина позже напишут, что он, "исходя из животноводческой и растениеводческой практики, хорошо известной натуралистам, объяснил развитие видов в природной обстановке при участии естественного отбора, совершавшегося в течение огромного промежутка времени и на больших территориях".(Равикович, 1986)

Можно ли найти в биографии Дарвина указания на то, почему именно у него возникли те стереотипы мышления, которые привели его к распространению принципа униформизма-актуализма в биологии?

Известно, что Дарвин не имел биологического образования. Он проучился два года на медицинском факультете, а после этого, поняв, что медицина – это не для его впечатлительной натуры, по настоянию своего отца поступил в Кембриджский Колледж Христа, готовясь стать англиканским священником. Существуют легенды, что Дарвин, якобы, был глубоко верующим человеком, даже церковным старостой, или, по крайней мере, перед своей смертью обратился к христианству. Однако биографические данные свидетельствует об обратном, и что поводом к этим слухам являются его нежелание вступать в резкий конфликт с общественным мнением своей эпохи и боязнь огорчить свою глубоко верующую супругу. В своей автобиографии Дарвин пишет о постепенной утрате веры - процессе, шедшем, по его словам, настолько медленно, что он "не чувствовал никакого огорчения", и настолько основательно, что он не сомневался в его истинности "ни единую секунду".(Дарвин)

При этом весьма примечательно то, что утрата веры Дарвина, происходившая непосредственно после его возвращения из кругосветного путешествия, по его же словам, связана с критическим восприятием ветхозаветной истории человечества, с ее "вавилонской башней", "радугой в качестве знамения завета" и прочего. Судя по всему, лейтмотивом этого процесса у Дарвина было отторжение тех чудесных событий, которые постоянно сопровождают эту историю. Мировоззренческим стержнем Дарвина, очевидно, был наивный реализм, отвергающий существование какой-либо иной реальности, кроме заключенной в пространственно-временные рамки. В контексте такого мировоззрения чудесные события действительно запрещены. Можно также предположить, что этот философский вопрос был слишком сложен для Дарвина. Ведь в своей автобиографии он писал: "Способность следить за длинной цепью чисто отвлеченных идей очень ограничена у меня, и поэтому я никогда не достиг бы успехов в философии и математике. Память у меня обширная, но не ясная".

Именно эта "обширная, но не ясная память" послужила основанием для формирования у Дарвина стереотипов мышления униформистской, актуалистической направленности. Возможно, в их основе и лежали и элементарные психологические процессы, описанные в рамках психологической школы профессора Д.Н. Узнадзе.

Итак, как в области стратиграфии, так и в области биологии мы сталкиваемся с одним и тем же: возникновение эволюционных умонастроений в определенной степени обусловлено чисто психологическими закономерностями, связанными с формированием соответствующей установки у исследователей в процессе их повседневной работы. И этот процесс формирования соответствующей установки не ограничивается лишь очерченным выше кругом геологических и биологических наблюдений за протекающими в настоящее время процессами.

Ученый экспериментатор наблюдает за ходом естественных, природных событий самого широкого спектра – ростом и развитием живых организмов, образованием кристаллов, движением небесных светил. В результате у него вырабатывается соответствующая установка: объяснять любое событие исходя из наблюдаемых естественных закономерностей. Он задумывается и над великой тайной происхождения нашего мира, в том числе – живых существ во всем их многообразии. Выработанная установка становится здесь уже помехой для принятия представлений о сверхъестественном Сотворении мира, который научный метод постичь не в состоянии. Здесь следовало бы смириться и отказаться от всяких попыток проникновения в эту сокровенную тайну бытия. Но профессиональная установка ученого все же толкает его выдвигать различные естественные гипотезы возникновения мира, с помощью которых делаются попытки объяснить происхождение мира по аналогии с тем, что они видят в своей повседневной жизни. Эти естественные гипотезы являются различными формами материализма, эволюционизма и процветают они в науки до тех пор, пока та не достигает достаточно высокого уровня и не разрушает эти психологически обусловленные модели и построения.




29-04-2015, 05:12

Разделы сайта