Уголовный процесс

особенностями, ставящими под сомнение их способность быть беспристрастными:

- лиц, которые сами (или их родственники, близкие им люди) пострадали от преступления, аналогичного или сходного рассматриваемому, поскольку они психологически повышенно предрасположены к формированию хотя бы подсознательной обвинительной установки;

- лиц, одобряющих смертную казнь. (Как отмечает известный американский психолог Дэвид Майерс, в уголовном процессе людям, которые ничего не имеют против смертной казни, более свойственно встать на сторону обвинения, ощущать, что суд «нянчится с преступником»[17] );

- лиц, подверженных влиянию негативных стереотипов общественного сознания, различных предрассудков. «Предрассудки по отношению к известным сословиям или профессиям, расам или религиям, пристрастие к некоторым чертам характера, антипатия к некоторым физиономиям…- все это может нанести тяжелый удар объективности судопроизводства, несмортря на наличность нормальной доброй воли со стороны судьи». [18]

Вот беспристрастная статистика: у судов присяжных до 40% приговоров – оправдательные. У обычных судов – «троек» (судья и два заседателя) – до 1-го процента.

Сейчас я приведу схему, полученную в результате опроса присяжных и экспертов на тему «какими качествами должен обладать государственный обвинитель» (в эксперименте участвовали 15 присяжных заседателей и 15 экспертов, в качестве последних выступили работники прокуратуры, имеющие непосредственное отношение к Управлению по надзору за законностью судебных постановлений по уголовным делам прокуратуры Алтайского края).[19]

Ранги качеств государственного обвинителя, данные присяжными и экспертами.

Группа присяжных группа экспертов

Профессионализм, поведение, внешние признаки 1 Профессионально значимые психологические качества
Сдержанность осмотрительность в поведении 2 Рационализм и внешняя выразительность
Волевой характер и прямота в общении 3 Самоконтроль
Убежденность в правоте 4 Предусмотрительность
Активность в позиции 5 Коммуникативная компетентность
Умение быть интересным 6 Способность вызвать доверие

Несмотря на определенные сходства структур восприятия присяжных и экспертов полученные результаты указывают на преобладание различий, что прежде всего выражено в факте доминирования в восприятии присяжных внешних поведенческих качеств над объективными критериями оценки, следствием чего является подмена одних другими. Если для экспертов в генеральный фактор вошли четко профессионально – значимые психологические характеристики, то для присяжных они оказались разбавленными признаками внешнего поведения и антропометрическими свойствами. Этим, на мой взгляд, полностью объясняется тот факт, что оправдательные приговоры в суде присяжных выносятся примерно в 50 случаях из 100, т.е. по сути каждый второй приговор оправдательный. То, что в нем постановляется сравнительно больше оправдательных приговоров, имеет свои объективные причины. Так, с участием присяжных заседателей запрещено исследовать обстоятельства, связанные с прежней судимостью подсудимого, даже упоминать о фактах судимости и признания подсудимого особо опасным рецидивистом (ст. 446 УПК РСФСР). В новом УПК РФ, вступающим в действие с 1 июля 2002 года, дополнительно запрещено исследовать факты «признания подсудимого хроническим алкоголиком или наркоманом, а также иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимого» (ст. 335 ч.8 УПК РФ). Но ведь следователь и прокурор обязаны доказывать и такого рода обстоятельства (ст. 68 УПК РСФСР, ст. 73 ч. 3 УПК РФ). Кроме того, в суде присяжных запрещено упоминать о существовании доказательств, исключенных председательствующим судьей из разбирательства дела (ст. 435 УПК РСФСР). Поэтому, когда вопрос о виновности на стадии предварительного расследования решают следователь и прокурор, они используют иной объем информации, в отличие от того, что имеется у присяжных. Если же в деле содержится, например, информация о фактах прежней судимости обвиняемого, то очевидно, что следователю и прокурору легче достичь внутреннего убеждения в виновности обвиняемого и передать дело в суд, чем присяжным достичь внутреннего убеждения в виновности подсудимого и проголосовать за обвинительный вердикт.[20]

Длительное время в уголовно – процессуальной науке и судебной практике под основаниями постановления оправдательного приговора подразумевались случаи, указанные в ч.3 ст.309 УПК РСФСР. После дополнения УПК главами, регламентирующими производство в суде присяжных, создалась ситуация, когда в ч.1 ст.461 указан иной набор случаев вынесения оправдательного приговора: «Разбирательство дела в суде присяжных председательствующий судья заканчивает одним из судебных решений, вынесенных соответственно по правилам, предусмотренных ст.261 или главой 25 настоящего Кодекса, а именно: …2) оправдательным приговором … когда коллегия присяжных заседателей дала отрицательный ответ хотя бы на один из трех основных вопросов, указанных в ч.1 ст.449 настоящего Кодекса, либо когда председательствующий судья признал отсутствия в деянии состава преступления…». Создалась двойственная ситуация. Во – первых, наборы оснований вынесения оправдательного приговора, указанные в ст.309 и в ст.461 УПК РСФСР, не совпадают ни по количеству, ни по содержанию. Во – вторых, законодатель, с одной стороны, дал в ч.1 ст.461 УПК РСФСР исчерпывающий перечень случаев вынесения оправдательного приговора в суде присяжных, а с другой – здесь же предписал председательствующему судье при постановлении оправдательного приговора следовать правилам главы 25 УПК РСФСР (а значит и ч.3 ст.309 УПК). Это осложняет для председательствующего в суде присяжных выбор в каждом конкретном случае адекватного основания оправдания.[21]

А теперь будет уместно рассмотреть вопрос о том, каким образом и из кого формируется этот «гуманный» суд.

Формирование скамьи присяжных заседателей – сложная процедура, включающая в себя как организационные (составление списков присяжных заседателей, приглашение их в судебное заседание), так и процессуальные меры (выявление судьей объективности и непредвзятости при рассмотрении данного дела у приглашенных в суд присяжных заседателей, заявлении присяжными самоотводов, использование сторонами права на мотивированный и безмотивный отвод присяжных заседателей). В результате остаются 12 основных и два запасных присяжных заседателя. По предложению председательствующего они принимают присягу следующего содержания: «Клянусь исполнять свои обязанности честно и беспристрастно, принимать во внимание все рассмотренные в суде доказательства, доводы, обстоятельства дела и ничего, кроме них, разрешать дело по своему внутреннему убеждению и совести, как подобает свободному гражданину и справедливому человеку» (ч.1 ст. 443 УПК).[22]

Клятва конечно это очень хорошо, но страшно видеть, когда присяжные приходят в процесс в пьяном виде. Или с синяком под глазом. Или в таком виде, который свидетельствует, что ночевал он не дома, а где то . . . Сегодня мы сталкиваемся с такими фактами. Почему? Списки присяжных заседателей формируются очень формально. И не судьями, а губернаторами краев, администрациями и т.д. Так вот, до тех пор, пока на этой стадии не поставят препятствия для проникновения в правосудие людей, которые вообще не должны присутствовать в суде, до тех пор мы будем иметь несправедливые вердикты.

В идеале суд присяжных – уменьшенная модель общества. В присяжные заседатели граждане попадают на основе случайной выборки, независимо от социального статуса, национальной принадлежности, пола, образования. Законодатель заботится о том, чтобы в присяжные заседатели попадали те граждане, которым можно доверить выполнение этой обязанности. Отсюда требования гражданской зрелости (25-летний возраст), дееспособности, отсутствия судимости. Препятствиями к участию в суде в качестве присяжного заседателя могут служить неправильное восприятие происходящего в ходе судебного разбирательства (лица, не владеющие языком, на котором ведется судопроизводство, немые, слепые и глухие), состояние здоровья (инвалидность, возраст выше 60 лет), профессиональный долг (врачи, учителя, пилоты авиалиний), другие основания, перечень которых в законе не является исчерпывающим и которые судья признает уважительными (ст. 80 Закона РСФСР «О судоустройстве РСФСР»).

На деле же все обстоит «немного» иначе. Судья краевого суда Карпенко Надежда Анатольевна заявляет, что если к ней в процесс из 250 или 300 вызванных пришло 50 человек, из них она просто никого не может выбрать, потому что видит списки и заполненные анкеты. Видит, здесь разве что человек 5 действительно смогут работать, и тогда будет справедливый вердикт. Не обвинительный или оправдательный, а справедливый. А судья должен оставить не только этих пятерых, а должен оставить, как минимум, двадцать, чтобы жребий был.[23]

В итоге мы имеем ситуацию: женщины – присяжные рыдают, когда подсудимый, убивший трех человек, бьет себя кулаком в грудь: «Да что вы, посмотрит, какой я хороший! Какой я красивый! Разве я мог?!» Он рыдает, присяжные рыдают рядом. И все, они уходят в совещательную комнату. Что дальше? Ну хорошо, если прокурор умный, грамотный. Ведь хоть и звучат упреки в адрес председательствующего, но судьи в суде присяжных жестко связаны рамками уголовно-процессуального закона. Никоим образом судья не имеет право, во всяком случае формально, показать свое отношение к делу. И очень важно, как ведет себя прокурор. Если он сумеет эмоционально, четко, даже при том минимальном перечне доказательств, которые у него есть, убедить присяжных, что да, этот человек виновен, то – конечно, при наличии доказательств виновности – скорее выносится правильный вердикт. А когда нет такого обвинителя, когда адвокат – опять-таки, имеется в виду ситуация, когда имеются доказательства виновности – более красноречиво убеждает присяжных, что человек невиновен, выносится совсем другой вердикт.

На мой взгляд, самое большое впечатление на присяжных производят потерпевшие: конкретные люди, которым причинено горе. И если в процессе есть потерпевший, и присяжные видят, как он переживает, плачет – это очень важно. Потому что, присяжные понимают, что государственный обвинитель просто выполняет свою работу, как бы хорошо он ее не делал, а вот если нет потерпевшего или потерпевший сам сомневается, его ли родственника это труп – такие случаи тоже бывают – то, конечно, судьба вердикта в таком случае очень сомнительна.

Хочу обратить внимание на то обстоятельство, что в законе о суде присяжных не совсем понятен один момент. Оправдательный вердикт, абсолютно обязателен для председательствующего, тут же освобождается подсудимый из-под стражи. А с обвинительным вердиктом председательствующий может и не согласится. Но мне не совсем ясно, почему закон не дал такой же возможности не согласиться с оправдательным вердиктом.

Чем лучше буде обеспечена соответствующими администрациями в контакте с судами организационная стадия формирования скамьи присяжных заседателей, тем легче будет судье в ходе судебной процедуры. К тому же многие основания для самоотводов, заявляемых присяжными заседателями, нуждаются в подтверждении соответствующими документами, в предварительной проверке, что входе судебной процедуры осуществить невозможно. Следует максимально использовать возможности органов исполнительной власти и местного самоуправления при составлении списков присяжных заседателей, чтобы в ни вносились лица, имеющие и право, и возможность участвовать в судебном разбирательстве в качестве присяжных заседателей.[24]

Негативное отношение к суду присяжных со стороны многих работников правоохранительных органов, среди которых распространено мнение о том, что эта форма судопроизводства затрудняет борьбу с преступностью (с этим я, пожалуй, соглашусь), обусловлено тем, что суд присяжных предъявляет повышенные требования к качеству предварительного и судебного следствия, прений сторон, не прощает ошибок, нарушений уголовно-процессуального закона при собирании доказательств.

Как отмечает А.П.Шурыгин, «новая форма судопроизводства осложнила борьбу с преступностью тех, кто борется с ней «неумеючи», то есть, не зная, либо сознательно нарушая действующие уголовно-процессуальные нормы закона, считая их пустой формальностью».[25]

Почему обвиняемые выбирают такую форму судопроизводства, как суд присяжных? Потому что имеют глаза и уши, им в СИЗО подскажут, где больше шансов быть оправданным. Подскажут адвокаты, в каком процессе более 30 % подсудимых оправдывают, а в каком и полпроцента не наберется. В суде присяжных шанс уйти от уголовной ответственности налицо, и тут, по-моему, комментарии не нужны.

Таким образом «аллергия» работников правоохранительных органов на суд присяжных – это нормальная психологическая реакция обыкновенных следователей, прокуроров, судей и адвокатов. В условиях недостаточного финансирования правоохранительных органов сотрудники этих органов психологически предрасположены относиться к недавно возрожденному в России суду присяжных как к «подброшенному с сытого Запада» прожорливому растущему ребенку, для содержания которого необходимо себе отказывать в самом необходимом.[26]

Заключение.

Споры о суде присяжных не только не смолкают, но и приобретают иное звучание в преддверии вступления в действие нового УПК и в свете реализации государственной политики по борьбе с организованной преступностью в России. Несмотря на то, что возможность осуществления правосудия в суде присяжных установлена в Конституции РФ, нельзя считать положения Основного Закона раз и навсегда данными и не подлежащими какой-либо коррекции.

Прежде всего, стоит вернуться к сущности самого института суда присяжных с учетом его функционирования в ряде субъектов Федерации.

Суд присяжных противоречит самой гносеологической природе судебной деятельности в результате искусственного разделения единого процесса познание и установления истины на фактическую и юридическую стороны. Обе они настолько взаимосвязаны, обуславливают одна другую, что не подлежат никакому чисто условному разделению. Особенно рельефно это видно в современном уголовном судопроизводстве, когда предмет доказывания настолько сложен, что требует не только специальных познаний в области права, но и немалого опыта правоприменительной деятельности. Так разрешаемый присяжными заседателями основной вопрос – о виновности – пронизывает все исследуемое событие и совершенное деяние, поэтому отдавать его на суд довольно случайно отобранных людей, мягко говоря, вряд ли правильно.

Мыслимо ли относить к компетенции суда присяжных большинство составов преступлений против правосудия, сложнейшие вопросы по делам о взяточничестве или основные составы, связанные с организованной преступностью (ст. 209 и ст. 210 УК РФ). Как показывает практика, присяжные во многих случаях не в состоянии оценивать доказательства, особенно если они косвенные, даже по делам об умышленных убийствах.

Правильно отмечал философ В. Розанов, в решениях суда присяжных скорее сказывается «не знаю», чем «не виновен».

Нечто иррациональное содержит и сама процедура формирования скамьи присяжных. Заявления немотивированных отводов больше похоже на игру в лотерею, а не на подготовку к серьезному поиску истины по делу.

Несостоятельные доводы сторонников суда присяжных о его независимости от институтов публичной власти. Эта независимость полностью растворяется в «независимости» присяжных от элементарных знаний основ права, опыта судебной деятельности и любой персональной ответственности за принимаемые решения.

После почти восьми десятилетий отсутствия в России суда присяжных была реальная возможность идти вперед по пути прогрессивного развития судебной системы и уголовного судопроизводства. Однако вместо этого мы вернулись к институту присяжных.

Когда высказаны основные контраргументы против суда присяжных, логично поставить вопрос: а что же дальше? Конституцией РФ предусмотрено рассмотрение дел с участием присяжных (ч.2 ст.20). Это означает, что дальнейшая судьба суда присяжных должна быть сбалансирована с ее требованиями. Прежде всего, не следует распространять данный институт шире конституционных рамок, допуская его применение только по делам, о тех преступлениях, за которые действительно может быть назначена смертная казнь.

Далее: целесообразно несколько сократить количество присяжных, что позволит более динамично и оперативно формировать скамью присяжных и удешевит судопроизводство.

Но не это все главное. Радикальное реформирование суда присяжных должно состоять в предоставлении возможности осужденному и его защитнику, потерпевшему или его представителю обжаловать, а государственному обвинителю и прокурору соответствующего уровня опротестовывать вердикт присяжных по мотивам несоответствия вердикта фактическим обстоятельствам дела.

Список использованных источников и литературы

1. Нормативно правовые акты

1. Конституция Российской Федерации. М.: Инфра, 1999. 35 с.

2. Уголовно – процессуальный кодекс РСФСР. М.: Бизнес-информ, 1999. 176 с.

2. Научная и учебная литература

1. Комментарий к Уголовно – процессуальному кодексу Российской Федерации. / Под общ. ред. В. В. Мозякова. – М.: «Издательство «Экзамен XXI»», 2002. – 864 с.

2. Концепция судебной реформы в Российской Федерации. С.А.Пашин. Москва. 1992. с.81.

3. Английская судебная система. Р.Уолкер. Москва. 1980. с. 272 – 274.

4. Из истории суда присяжных в России. А.М.Ларин. Москва.1995. с. 7,9 – 10.

5. Суд присяжных заседателей. Уильям Бернэм. Москва. 1995. с.6.

6. Собрание сочинений. А.Ф.Кони. Москва. 1967. том 4, с.267.

7. Суд присяжных в России: громкие уголовные процессы 1864-1917г. С.М.Казанцев. Лениздат. 1991. с. 4-5.

8. Суд присяжных. Пять лет спустя. Дискуссии. Под ред. Л.М. Карнозовой. Москва. 1999. С. 15 – 16.

9. Российский суд присяжных. М. В. Немытина. Москва. 1995. С. 35.

10.И.Овсянников. Основания оправдания в суде присяжных // Российская юстиция. № 7. 1999. С. 10.

11.М.Немытина. Суд присяжных в России // Советская юстиция. № 21/22. 1992. С. 21 – 22.

12.В.В.Мельник. Суд присяжных в России: ретроспектива и день сегодняшний // Журнал российского права. № 5/6. 1999. С. 35, 40.

13.А.П.Шурыгин. Защита в судопроизводстве с участием коллегии присяжных заседателей // В кн.: Защитник в суде присяжных. Москва. 1997. С. 105.

14.И.Овсянников, А.Галкин. Одни ругают суд присяжных, другие – прокурора // Российская юстиция. № 3. 1999. С. 7 – 8.

15.Д. Майерс. Социальная психология. СПб. 1997. С.424.

16.Г. Мюнстерберг. Основы психотехники. Т. 2. СПб. 1996. С. 149.

17.Н. Г. Янова. Суд присяжных и государственный обвинитель // Социологические исследования. № 5. 1998. С. 85.

18.С.В. Боботов, Н.Ф.Чистяков. Суд присяжных: история и современность. Москва. 1992. С.37.

19.И. Гамаюнов. 12 независимых // Смена. № 6. 1999. С. 39.

20.А.Демичев. Военный суд присяжных // Законность. № 8. 1997. С. 57-58.


1 С.А.Пашин. Концепция судебной реформы в Российской Федерации. Москва. 1992. с.81.

2 А.Ф.Кони. Собрание сочинений. Москва. 1967. том 4, С. 267.

3 А.М.Ларин. Из истории суда присяжных в России. Москва .1995. С. 7.

[4] Уильям Бернэм. Суд присяжных заседателей. Москва. 1995. С. 6.

[5] А.М.Ларин. Из истории суда присяжных в России. Москва.1995. С. 9-10.

[6] Р.Уолкер. Английская судебная система. Москва. 1980. С. 272 – 274.

[7] С.М.Казанцев. Суд


29-04-2015, 04:38


Страницы: 1 2 3 4
Разделы сайта