Преступления против жизни по Уголовному Законодательству Российской Федерации

за которые виновный мстит, не являются объективным явлением, здесь важно лишь то, что виновный сам считает поступки потерпевшего злыми и обидными в отношении себя самого. Объективно же действия лица, которому мстят, могут не содержать ни зла, ни обиды. Месть возникаем на почве межличностного конфликта, когда лицо отвергает возможность его решения “мирным” путем, предпочитая “силовой” вариант.

На практике поводом убийства из мести могут послужить различные действия потерпевшего, при этом как правомерные, так и нет: оскорбление или насилие, недостойное поведение, желание оградить себя от виновного и прочее. При этом месть может возникнуть в результате таких действий потерпевшего, которые не причинили и, с точки зрения общепризнанных правил поведения, не могли обидеть или причинить какое-либо зло виновному в силу своей малозначительности. В данном случае возникает необходимость отграничить убийство из мести, возникшей на почве личных отношений, от убийства из хулиганских побуждений. Для этого нужно выяснить, действительно ли был сколько-нибудь весомый повод для мести.

Следует отграничивать также убийства из мести, возникшей на почве личных отношений, от кровной мести и мести в связи с осуществлением потерпевшим своего служебного или общественного долга (здесь разграничение проводится по правилам, описанным выше), а также от убийства в состоянии аффекта или при превышении пределов необходимой обороны. В последнем случае хоть и присутствует мотив мести, но нужно, все-таки, решать вопросы о квалификации данных убийств в совокупности со всеми обстоятельствами совершенного преступления.

1.4 Убийство в драке или ссоре.

Подобные убийства прямо не предусмотрены в ч.1 ст.105 УК РФ, и, кроме того, совершение убийства при таких обстоятельствах отнюдь не исключает иную квалификацию. Только при отсутствии отягчающих и смягчающих обстоятельств можно квалифицировать подобные действия по ч.1 ст.105 УК РФ, ибо, с одной стороны, лишение жизни в подобных ситуациях возможно и в состоянии аффекта, и при превышении пределов необходимой обороны, и в состоянии необходимой обороны, и по неосторожности; а с другой стороны, необходимо исходить из того, каковы мотивы убийства, т.к. ссора или драка не исключает наличие мотивов, влекущих признание убийства совершенным при отягчающих обстоятельствах, поскольку драка или ссора нередко оказываются лишь поводом для того, чтобы обострить отношения с потерпевшим, а затем совершить убийство.

Необходимо подчеркнуть, что для правильной квалификации убийств во время драки или ссоры, важно не механически констатировать данные обстоятельства, т.к. они не являются тем моментом, который оказывает решающее влияние на квалификацию этого убийства, а указывает лишь на обстановку его совершения, необходимо выяснять мотивы этого преступления.

Очень часто в подобных ситуациях возникает вопрос о разграничении простого убийства от совершенного при отягчающих обстоятельствах (из хулиганских побуждений). В данном случае очень осторожно нужно подходить к вопросу о том, кто был инициатором или активным участником драки или ссоры. Бытует мнение, что если виновным оказывается зачинщик или активный участник драки или ссоры, то он действует из хулиганских побуждений, а если он таковым не является, то налицо “простое” убийство. Данное мнение не совсем верно, т.к., все-таки, независимо от того, кто был зачинщиком, не исключаются как хулиганские побуждения виновного, так и состояние аффекта или превышение пределов необходимой обороны. Здесь очень важное значение имеет мотив совершения убийства.

1.5 Иные случаи “простого” убийства.

К таковым видам можно отнести другие убийства, совершенные без отягчающих и смягчающих обстоятельств. Такими, например, являются убийства, совершенные при неправомерном применении огнестрельного оружия работником правоохранительных органов или при нарушении правил караульной службы. В данном случае важно установить, что убийство произошло с нарушением требований, указанных в законе или других нормативных актах, которые обусловливают применение огнестрельного оружия (например, словесное предупреждение, предупредительные выстрелы в воздух и т.д.).

По ч.1 ст.105 УК РФ квалифицируются так называемые убийства из сострадания, хотя и с учетом смягчающего обстоятельства, указанного в п. «д” ч.1 ст.61 УК РФ. Здесь, если убийство происходит по просьбе потерпевшего или из сострадания и не содержит в себе признаков, указанных в ч.2 ст.105 УК РФ ( например, убийство из корыстных побуждений, когда лицо, убивая больного человека, желает избавиться от материальных затрат по уходу за ним ), оно должно квалифицироваться по ч.1 ст.105 УК РФ. Такая же квалификация должна быть и в случае убийства (без признаков, указанных в ч.2 ст.105 УК РФ) при проведении какого-либо эксперимента.

На этом виды “простых” убийств не исчерпываются. Для правильной квалификации убийства по ч.1 ст.105 УК РФ важно установить, не содержит ли оно признаков, указанных в ч.2 ст.105 или ст.ст.106, 107, 108 УК РФ, т.к. эти отягчающие или смягчающие обстоятельства убийства являются исчерпывающими.

Заключение.

Для правильной квалификации убийства следователю или судье необходимо знать все факты и обстоятельства совершенного преступления, т.к. даже самый несущественный, на первый взгляд, момент в итоге может оказаться таким обстоятельством, которое в конечном итоге может привести к направлению дела на доследование или отмене приговора. Чтобы этого не произошло, практическому работнику необходимо всесторонне и полно исследовать собранные по делу доказательства, не пренебрегать никакими из них, какими бы незначительными они не показались.

При квалификации убийств на практике нередко возникают трудности именно с обеспечением полноты и всесторонности доказательств. Зачастую лицо, совершившее преступление, при допросе пользуется правом, предоставленным ему ст.51 Конституции РФ и отказывается давать показания. В такой ситуации, ни о какой всесторонности и полноте речи быть и не может, и практическому работнику приходится квалифицировать его действия, основываясь лишь на собранных объективных доказательствах. Это не имеет существенного значения, если совершено убийство с квалифицирующими признаками, относящимися к объективной стороне преступления, и правильность квалификации зависит лишь от доказательств, существующих объективно, а как быть, если правильность квалификации зависит от выяснения мотивов и целей преступника. По-моему, пока этот вопрос остается открытым. Изъян нашего уголовного законодательства в том, что оно слишком большую роль, на мой взгляд, уделяет субъективной стороне преступления.

Однако не так гладко обстоят дела и с признаками, характеризующими потерпевшего, в частности, п. «в» ч.2 ст.105 УК РФ – убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии. Судебная практика к таковым приравнивает и состояние сна. Вышеуказанное Постановление Пленума ВС РФ прямо не предусматривает в качестве беспомощного состояния сон потерпевшего, однако говорит, что беспомощность будет иметь место тогда, когда человек в силу психического или физического состояния не может защитить себя. Данное положение можно трактовать двояко, однако, как упоминалось выше, автор этих строк не согласен с тем, чтобы сон жертвы указывал на ее беспомощное состояние.

В новом уголовном законодательстве не решена проблема эвтаназии, убийство из сострадания считается «простым» убийством (хотя небезынтересно заметить, что оно подпадает под признаки п. «в» ч.2 ст.105 УК РФ – убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии) и виновное в данном преступлении лицо несет ответственность наравне с остальными, хотя с моральной точки зрения такое лицо не более опасно для общества, чем, например, виновный в совершении убийства в состоянии аффекта.

Использованная литература

Нормативные акты:

1. Конституция РФ.

2. Уголовный кодекс РСФСР.

3. Уголовный кодекс РФ.

4. Закон РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека», от 22.12.92г.

5. Постановление Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве», от 27.01.99г.

6. Сборник Кодексов Российской Федерации. 3 – е изд., доп., - Ростов – на – Дону: издательство «Феникс» 2000 г.

7. Невостребованные фотографии по уголовным делам Постоянно Действующей Следственно Оперативной Группы.: «ПДСОГ» г. Ангарска

Литература:

1. Бородин С.В. и др. «Советское уголовное право. Часть особенная», М. 1975г.

2. Он же. «Квалификация убийств по советскому уголовному праву», М. 1963г.

3. Бородин С.В. «Квалификация преступлений против жизни», М.1977г.

4. Бородин С.В. «Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву», М.1994г.

5. Ефанов А. «Квалификация умышленных убийств», Советская юстиция, 1966г. №13.

6. Загородников Н.И. «О квалификации преступлений против жизни», Сов. Государство и право, 1976г. №2.

7. Загородников Н.И. «Преступления против жизни», М.1961г.

8. Загородников Н.И. «Советское уголовное право», М. 1975г.

9. Зыков В. «Разграничение некоторых преступлений против жизни», Сов. Юстиция, 1981г. №1.

10. Наумов А.В., Новиченко А.С. «Законы логики при квалификации преступлений», М. 1978г.

11. Пионтковский А.А. «Курс советского уголовного права», М. 1971г.

12. Побегайло Э.Ф. «Умышленные убийства и борьба с ними», Воронеж, 1965г.

13. Сарыев Б. «Ответственность за преступления против жизни и здоровья», Ашхабад, 1973г.

14. Семернева Н.К. «Вопросы квалификации умышленных убийств», Свердловск, 1984г.

15. Курс уголовного права. Особенная часть. Том 3. Учебник для вузов. Под редакцией доктора юридических наук, профессора Г.Н. Борзенкова и кандидата юридических наук, профессора В.С. Камиссарова. – М.: ИДК Зерцало – М, 2002 г.

16. Уголовное право России. Общая и Особенная части: Учебник для вузов. / Н.Г Иванов. – М.: Издательство «Экзамен», 2003 г.


[1] И.Я.Козаченко. Уголовное право. Особенная часть. М.1998.стр.29

[2] Уголовный Кодекс Российской Федерации. М., 1996, стр. 38.

[3] И.Я. Козаченко. Уголовное право. Особенная часть.. М.1998.стр.16-17

[4] См. Бородин С.В. «Квалификация преступлений против жизни», М. 1977, стр. 16-17.

[5] Б. Сарыев, «Ответственность за преступления против жизни и здоровья», Ашхабад, 1973, стр. 18.

[6] Загородников Н.И. «Преступления против жизни», М. 1961, стр. 21.

[7] Б. Сарыев, Указ. Соч. стр. 15.

[8] См. Побегайло Э.Ф. «Умышленные убийства и борьба с ними», Воронеж, 1965, стр. 18.

[9] См. Загородников Н.И. Указ. Соч. стр. 118-120.

[10] Невостребованные снимки по уголовному делу Постоянно Действующей Следственно Оперативной группы г.Ангарска, «ПДСОГ»

Ангарск 2003 г.

[11] См. Бородин С.В. Указ. Соч. стр. 129.

[12] Невостребованные снимки по уголовному делу Постоянно Действующей Следственно Оперативной группы г.Ангарска, «ПДСОГ»

Ангарск 2003 г.

[13] Побегайло Э.Ф. Указ. Соч. стр. 85.

[14] Невостребованные снимки по уголовному делу Постоянно Действующей Следственно Оперативной группы г.Ангарска, «ПДСОГ»

Ангарск 2003 г.

[15] Э.Ф. Побегайло, Указ. Соч., стр.99-100.

[16] Невостребованные снимки по уголовному делу Постоянно Действующей Следственно Оперативной группы г.Ангарска, «ПДСОГ»

Ангарск 2003 г.

[17] Б. Сарыев, Указ. Соч., стр.50-52.

[18] Невостребованные снимки по уголовному делу Постоянно Действующей Следственно Оперативной группы г.Ангарска, «ПДСОГ»

Ангарск 2003 г.

[19] Э.Ф. Побегайло, Указ. Соч., стр.110.

[20] Б. Сарыев, Указ. Соч., стр.79.

[21] С.В.Бородин, “Квалификация преступлений против жизни”, М. 1977г. стр.109-110.

[22] Э.Ф.Побегайло, Указ. Соч. стр.114.

[23] См. Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного совета РФ, 1993г. №1

[24] Н.И. Загородников, Указ. Соч., стр.151.

[25] Невостребованные снимки по уголовному делу Постоянно Действующей Следственно Оперативной группы г.Ангарска, «ПДСОГ»

Ангарск 2003 г.




29-04-2015, 04:34

Страницы: 1 2 3 4 5
Разделы сайта